Ростислав Александрович, вчера в Совете Федерации прошел «круглый стол», на котором рассматривалось финансовое положение государственных внебюджетных фондов в среднесрочной перспективе. Обсуждалось снижение ЕСН, которое ведет к дефициту средств Пенсионного фонда, Фонда обязательного медицинского страхования, Фонда социального страхования. По прогнозам ПФР, год от года будет снижаться так называемый коэффициент замещения (отношение среднего размера трудовой пенсии к средней зарплате). В настоящее время он составляет 27,7%, а в Европе – 55%. Скатывание коэффициента замещения ниже 20% может поставить Россию в один ряд с африканскими странами. Есть ли выход из такой ситуации? Как увеличить объем средств в распределительной пенсионной системе и компенсировать возникающий дефицит?
Вопрос о том, как увеличить объем средств во внебюджетных фондах, одновременно снижая налогообложение, явно не имеет простого ответа. На мой взгляд, в краткосрочном плане этого добиться просто нельзя. С одной стороны, очевидно, что снижение ЕСН должно приводить к снижению поступлений в абсолютном значении. С другой стороны, теоретически можно надеяться на то, что при снижении ставок налога предприятия будут более охотно платить его, выводить зарплаты из тени, поэтому возрастет собираемость налога. Но на практике мы пока не видим такого отношения к ЕСН, чтобы повышение его собираемости позволило закрыть «дырку», связанную со снижением ставок.
Когда говорят о размере коэффициента замещения в развитых странах, обычно забывают, что в большинстве стран обеспечить коэффициент замещения более 50% только за счет государственной распределительной пенсионной системы не удается – обычно прибавляются разные формы добровольных пенсионных систем. Но в России коэффициент замещения действительно очень мал по сравнению с развитыми странами, причем его динамика за последние годы отрицательная (за счет опережающего роста зарплат), — и по расчетам Пенсионного фонда России дальше будет только хуже и хуже. Хотя пенсионная реформа затевалась в том числе и для того, чтобы добиться роста уровня жизни пенсионеров.
Пенсионная реформа и так оценивается большинством специалистов как неудачная (хотя в силу ее долгосрочности еще трудно говорить, провалилась она или нет). А тут еще снижение ЕСН, продиктованное совершенно иными соображениями, пошло вразрез с общими принципами пенсионной реформы: ведь при выстраивании концепции реформы ее разработчики исходили из определенного уровня налогов. Произошло не только ослабление накопительной части за счет исключения из нее граждан средних возрастов, но и сокращение источников для распределительной системы. Напомню, что в рамках трудовой пенсии есть так называемая «базовая часть» и «страховая часть», и раньше у ПФР был дефицит по страховой части и профицит по базовой. А в результате снижения ЕСН дефицит появился по обеим частям – и по базовой, и по страховой.
Сейчас ПФР бьет тревогу, опираясь на сведения о своих доходах и расходах в новых условиях (после 01.01.2005), и это совершенно правильно. Существует угроза, что дисбаланс доходов и расходов ПФР станет системным и устойчивым, то есть фонд окажется вынужденным «сесть на бюджетную иглу», получая недостающие для выплат средства напрямую из бюджета (не говорю — из Стабфонда, поскольку Стабфонда в таком режиме надолго не хватит). Тогда будет подорвана сама идея пенсионной реформы, построенной на страховых принципах, и произойдет возврат к принципам «собеса», чего не желает и сам ПФР.
Все текущие меры, которые здесь можно предложить – борьба за повышение собираемости налога, лучшее администрирование финансовых потоков, снижение административных расходов ПФР, снижение пенсионных прав по некоторым категориям работников, расширение количества нестраховых периодов, – всё это может несколько сгладить ситуацию, но в целом, скорее всего, «не спасёт смертельно раненого кота». Боюсь, что через какое-то время все равно придется вернуться к повышению налогообложения для финансирования пенсий, потому что концы с концами иначе не будут сходиться. Хотя более вероятно, что это не будет лобовое обратное повышение ЕСН, — уж больно глупо это бы выглядело. Скорее, придется придумать какой-то иной налог либо произвести модификацию существующего: например, «отписать» весь ЕСН в нынешнем размере на страховую часть, а базовую часть финансировать полностью из бюджета за счет иных доходных источников. Но надо понимать, что совокупная налоговая нагрузка на финансирование пенсий при этом реально не уменьшится, а увеличится.
Правда, можно зайти и с другого конца. У ПФР есть еще одна огромная проблема –досрочные льготные пенсии. Даже если будет принят закон о профессиональных пенсионных системах (который всё время откладывается), в своем нынешнем виде он этой проблемы на ближайшие лет 15 всё равно не решает. Поэтому в принципе возможен, хотя и маловероятен, такой вариант, как передача финансирования досрочных пенсий – профессиональных и «северных» – в состав обязательств бюджета, финансируемых не за счет ЕСН. Это, возможно, позволило бы сбалансировать бюджет ПФР по обычным трудовым пенсиям при сохранении нынешнего размера и нынешней структуры ЕСН.
Заведующий сектором анализа частной финансовой системы Бюро экономического анализа, к.э.н.
Родился в Москве 26 декабря 1966.
В 1988 гг. окончил экономический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова (кафедра экономики зарубежных стран). В 1993 г. там же защитил кандидатскую диссертацию по теме «Посредничество как институт рынка в переходной экономике».
В 1991 — 1994 гг. – начальник отдела Института исследования организованных рынков (ИНИОР): исследования в области биржевой и брокерской деятельности, консультирование бирж и брокерских фирм.
В 1993 — 2000 гг. – научный руководитель финансовой службы Международной конфедерации обществ потребителей (КонфОП): исследования рынка финансовых услуг для населения, защита прав вкладчиков и акционеров, экспертиза законодательных и нормативных актов.
С 1993 по настоящее время – ведущий преподаватель Центра подготовки специалистов фондового рынка Академии народного хозяйства при Правительстве РФ: лекции по вопросам функционирования и регулирования рынка ценных бумаг в РФ, подготовка к сдаче квалификационных экзаменов Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг, участие в подготовке учебных пособий.
С 1998 по 2003 г. – ведущий преподаватель Информационно-аналитического и учебного центра НАУФОР.
В 1997 — 2002 гг. участвовал в проектах Бюро экономического анализа: «Институциональная структура пенсионной реформы», «Тенденции концентрации на рынке финансовых услуг», «Антимонопольная политика и развитие конкуренции на финансовом рынке» и др.
В 2002 г. участвовал в проекте ТАСИС «Анализ и прогноз развития финансовых рынков в России» (аналитические записки по инвестиционным фондам и негосударственным пенсионным фондам).
С 2003 года – заведующий сектором Бюро экономического анализа.
Основные сферы исследовательских интересов: рынок ценных бумаг (законодательство и практика), корпоративное право, инвестиционные фонды, пенсионная реформа.